sokolov9686

Category:

Россия на пороге новой войны в Афганистане

На фоне активного вывода войск Соединенных Штатов Америки ситуация в Афганистане как-то незаметно, ненавязчиво и очень быстро стала напоминать Ирак накануне восхождения печально известного «Исламского Государства». На сторону «Талибана» переходят целые провинции и полнокровные подразделения правительственных войск, о чем красноречиво свидетельствуют многочисленные видеоролики и скупые информационные сводки проправительственных сил.

Если кто-то из читателей ошибочно полагает, что Афганистан – это где-то там, далеко, то мы вынуждены его огорчить: боевики «Талибана» уже сейчас находятся непосредственно на границах Таджикистана и Узбекистана…

Сегодня в Сети появилось видео, на котором талибы идут по самому большому мосту на афгано-таджикской границе. Один из них сообщает, что дальше за Амударьей находится Таджикистан. Ранее же боевики «Талибана» захватили гавань и несколько пограничных постов на границе двух стран.

Уже сегодня в России находятся сотни тысяч граждан среднеазиатских постсоветских стран – с сожалением мы вынуждены констатировать факт того, что среди них неоднократно обнаруживались члены террористических группировок, о чем красноречиво свидетельствуют многочисленные сводки Федеральной службы безопасности, которая регулярно предотвращает теракты по всей территории нашей страны. Вряд ли кому-то стоит объяснять, что произойдет, если в среднеазиатских республиках вспыхнет полномасштабная гражданская война и кратно ускорится радикальная исламизация населения.

Все отлично осознают, куда именно отправятся бесчисленные вереницы беженцев, сколько среди них будет «спящих» террористических ячеек и проповедников радикального исламизма.

Россия стоит на пороге куда более зловещих событий, нежели миграционный кризис 2015 года, который нанес страшный удар по Евросоюзу – и эти события разворачиваются в Афганистане прямо сейчас.

«Талибан» ведет свое неумолимое шествие, продолжая захватывать населенные пункты и военные базы афганской армии, которая практически не оказывает никакого сопротивления. Вызов исламистам бросают лишь немногочисленные подразделения сил специального назначения, но их слишком мало, чтобы хоть как-то переломить обстановку (хотя, увы, и эта тенденция непостоянна – так, сегодня большая группа бойцов спецназа Афганской национальной армии сдалась талибам в провинции Балх). Схватки боевиков с обычными армейскими частями становятся редкостью – одним из немногих примеров того стала трехдневная осада гарнизона военного объекта в провинции Вардак к западу от Кабула, но даже там солдаты в конечном итоге сдались в плен.

21 июня стало известно о захвате боевиками  движения «Талибан» города Балх на севере Афганистана. Непримиримым противникам кабульской власти удалось перерезать стратегически важное шоссе, и теперь они находятся вблизи от столицы провинции города Мазари-Шариф, расположенного не так уж далеко от границ Узбекистана.

Талибы захватили также несколько поселений в приграничных с Таджикистаном провинциях Фарах, Фарьяб, Тахар и Кундуз, взяв множество трофеев. Ранее они заняли Баглан, а с недавних пор контролируют трассу через перевал Саланг, связывающую север и юг страны.

Только за последний месяц талибы захватили почти около 40 уездов  из 387, бои идут ещё в 116 уездах. Афганские правительственные части спешно перебрасываются для защиты Мазари-Шарифа, но их постоянные поражения делают шансы на удержание города призрачными. Из разных провинций поступают сводки о переходах военнослужащих кабульского режима в стан противника, зачастую вместе с тяжёлой техникой.

Провинция Балх десятилетиями рассматривалась в качестве вотчины одного из наиболее известных и влиятельных некогда политиков Афганистана, военного вождя местных узбеков Абд-ур-Рашида Дустума, долго проживавшего в Турции и обладающего обширными связями как в этой стране, так и в Узбекистане.

Попутно «Талибан» захватывает огромное количество современного вооружения и легкой бронетехники – их трофеями становятся целые арсеналы (например, на днях такой был взят в провинции Забул).

Предстоящее военное обострение в Средней и Центральной Азии (в том, что оно произойдет, сомневаться уже не приходится) обещает России довольно сложный сценарий боевых действий. В связи с этим мы предлагаем рассмотреть ряд оперативно-стратегических факторов будущей кампании стран ОДКБ против террористического движения «Талибан»:

– Боевикам однозначно будет довольно легко выйти на оперативный простор за пределами Афганистана. Пограничные службы Таджикистана, Узбекистана и Туркменистана уже показали свою неспособность противостоять ни массам беженцев, ни боевикам, а на границах практически отсутствует какая-либо серьезная военная инфраструктура.

– Вооруженные силы Узбекистана и Таджикистана немногочисленны, слабо мотивированы и плохо оснащены. Ряд аналитиков уже выразил большие сомнения касательно их готовности к ведению боевых действий с учетом общего социально-экономического положения этих стран. В свою очередь, «Талибан» ведет умелую работу с войсками Афганистана – террористы отпускают военнопленных, беря с них обещание не поднимать оружие против группировки. Солдаты, перешедшие на сторону боевиков, получают существенные материальные и социальные поощрения. Как мы прекрасно понимаем, подобный механизм может быть успешно использован и в находящихся под ударом странам ОДКБ.

– Отсутствие у основной массы населения Средней Азии какой-либо мотивации к борьбе с «Талибаном». Массовая безработица, низкие доходы, большое количество необразованной и пассионарной молодежи вкупе с клановым устройством общества и отсутствием социальных лифтов, увы, делают чрезвычайно привлекательными идеи талибов. Подобно ИГИЛ, боевики используют незамысловатую идеологическую смесь шариата и социализма. К сожалению, стоит констатировать факт того, что это работает – во многих мусульманских странах есть большой запрос на социальное равенство и справедливость, который не могут удовлетворить центральные власти. Это, в свою очередь, обеспечивает большой мобилизационный потенциал для террористических организаций.

– Существование чрезвычайно опасного национального и территориального фактора Южного Туркестана. Узбекские и таджикские вилайты некогда были разделены по реке Пяндж в результате англо-русского соглашения конца 19-го века. Помимо идеологического и социального факторов «Талибан» может с успехом использовать и условные лозунги «объединения братских народов», и, увы, этому сложно будет что-то противопоставить.

– У ОДКБ практически нет времени на укрепление границ, подготовку вооруженных сил стран Центральной и Средней Азии, а также на увеличение общего военного потенциала ОДКБ в регионе. (Интересно, чем тогда занимались долгие годы?) С началом активных боевых действий остановить террористов можно будет возможно только при условии полномасштабного вмешательства Российской Федерации. Правда, не совсем понятно, что же делать с уже имеющимися проблемами у России, такими, как Украина, Сирия, Грузия, НАТО, Турцией и другими так называемыми «вызовами»? Ситуативно можно рассматривать помощь со стороны Китая (по понятным причинам, учитывая количество инвестиций Пекина в данный регион, а также общую границу с Афганистаном). Но будет ли он настолько заинтересован в этом регионе, несмотря на его инвестиции, когда сам будет вынужден вступать в противоборство с США и ее союзниками?

– Обострение в регионе приведет к неминуемому росту влияния и роли Турции. Анкара прямо сейчас пытается активно закрепиться в Афганистане и неоднократно предпринимала попытки сделать это в постсоветской Азии. Учитывая особенности политики Турции, можно предположить, что она попытается контролировать как бывшие советские республики, так и «Талибан». На последний турецкие военные и спецслужбы могут воздействовать через Исламабад, с которым Анкара установила дружеские отношения после войны в Карабахе и обострения в Палестине.

Все представители тюркских меньшинств Афганистана (узбеки, туркмены, аймаки, киргизы, отчасти пришедшие из Синьцзяна уйгуры и казахи) рассматриваются Анкарой в качестве «турок», политические предпочтения которых «на севере Афганистана основаны не только на этнической принадлежности, но и на том, что около 7,5 млн. турок находятся в составе талибов или являются сторонниками талибов». Не забыть о хазарейцах (традиционно враждебные талибам шииты тюрко-монгольского происхождения в провинции Бамиан), то считается, что к «племенам турецкого происхождения» в общей сложности якобы относится 27 процентов афганского населения (около 11 млн. чел. из 40).

«Домом» компактного «турецкого» населения обозначаются провинции Бадахшан, Тахар, Кундуз, Балх, Джаузджан, Фарьяб, Бадгис, Герат, Гор, Сари-пуль и Саманган.

Подчёркивается большая роль местных «лидеров турецкого происхождения» (узбеков и туркмен) на севере Афганистана в том, что районы расселения тюркских племён в конце 1990-х годов полностью перешли под контроль талибов. Особое внимание уделяется периоду 2001-2021 гг. (американская оккупация Афганистана), отмеченному «реорганизацией» талибов – опять-таки при  содействии местных тюркских предводителей.

В структуру движения «Талибан» инкорпорированы сейчас  боевики «Исламской партии Восточного Туркестана». Обращает внимание вывод о том, что традиционная «оценка талибов как чисто пуштунского движения и предположение о том, что они несут идею доминирования пуштунов» далека от реальности «с точки зрения понимания текущего процесса в Афганистане».

Новая роль Турции в Афганистане – это не только предполагаемый контроль над главной воздушной гаванью страны, являющейся важным источником международного наркотрафика. Не случайно западные партнёры определили местом проведения задуманной ими конференции по Афганистану Стамбул. С ведома Вашингтона, но не упуская собственных долгосрочных целей, турецкие эмиссары активно контактируют сейчас с представителями «турок» и в Афганистане, и республиках Центральной Азии.

И хотя Анкара едва ли выйдет на главную роль в урегулировании афганского кризиса (конкуренция очень острая), тем не менее создание  турецкой инфраструктуры влияния в Афганистане будет иметь долгосрочные последствия для бывших советских республик, расположенных к северу от Аму-Дарьи и Пянджа. И на территории Российской Федерации есть районы, которые идеологи «Великого Турана» могут однажды объявить «турецким домом».

– Один из самых лучших союзников для России в текущей обстановке – Иран. Еще на заре появления «Талибана» Исламская Республика была единственной из всех мусульманских стран, открыто провозглашающих об опасности данной террористической группировки. Для Тегерана это отнюдь не праздный вопрос – иранские пограничники регулярно ведут бои против террористов на границе с Афганистаном. Более того, иранские военные советники и силы специального назначения уже воевали против группировки в начале 2000-ых, оказывая поддержку Северному Альянсу. Стоит сказать и о том, что РФ и ИРИ имеют большой положительный опыт военного сотрудничества, полученный в ходе борьбы с «Исламским Государством».

В завершении можно сказать, что России еще вчера требовалась хорошо проработанная стратегия защиты наших южных границ. Но этого не случилось... В данный момент, увы, ОДКБ не в состоянии реагировать на стремительно меняющуюся обстановку в Афганистане – и Москве необходимо срочно принимать меры во избежание тотального гуманитарного, политического и военного кризиса в регионе. Происходит распыление сил и средств на боевые действия по всему периметру границ России...

Кольцо Анаконды вокруг России сжимается...

источник


Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.